Что не так с законом о цфа
Перейти к содержимому

Что не так с законом о цфа

  • автор:

Что не так с законом «О ЦФА». Все про регулирование криптовалют в России

Как власти планируют контролировать майнинг, какие хотят взимать налоги за сделки с биткоином и другие детали нового документа. Подробный разбор федерального закона о цифровых финансовых активах и замечания к нему от юристов

1 января 2021 года в России вступит в силу закон «О цифровых финансовых активах» (ЦФА). В Госдуме его рассматривали более 2,5 лет, он был принят и подписан президентом Владимиром Путиным летом нынешнего года. Moscow Digital School опубликовала подробный анализ федерального закона. Последняя версия закона «О ЦФА» существенно отличается от принятой в первом чтении. Документ был представлен с пакетом актов — проектами трех федеральных законов, касающихся непосредственного регулирования рынка криптовалют, а также уголовной и административной ответственности за нарушения новых правил. Последние акты были направлены на доработку после резко негативной реакции сообщества и бизнеса.

Пробелы в регулировании

Юристы Moscow Digital School подчеркнули, что из-за ряда пробелов в регулировании, для многих сторон криптобизнеса ситуация осталась без изменений. Многие термины, используемые криптосообществом, уже были изобретены и успешно используются в мировой практике, однако в законе о ЦФА вместо них применяются свои собственные, которые вводят новые правовые институты и создают неопределенность. В отличие от ряда зарубежных стран, в законе нет регулирования для некоторых типов токенов и криптовалют с разным функционалом и сущностью. При этом под определение цифровой валюты в соответствии с документом «О ЦФА» могут подпадать, например, бонусы, а также используемые в электронной коммерции сертификаты. За рамками понятий остались многие виды деятельности, прежде всего, майнинг. «Тогда как от Закона о ЦФА ожидали введения единого аппарата и понятийной правовой базы для всего криптовалютного рынка в целом, в результате он стал основой исключительно для цифровизации российских активов, выпуска цифровых дубликатов ценных бумаг по российскому праву — которые сложно выводить на международный рынок», — говорится в отчете.

Криптовалюта

В документе присутствуют противоречащие друг другу нормы. Например, согласно определению, данному в законе «О ЦФА», цифровая валюта признается средством платежа и может являться инвестицией. Однако в соответствии со ст.14, российские юридические и физические лица не вправе принимать цифровую валюту в качестве встречного предоставления за передаваемые товары, услуги или в качестве оплаты иным образом. Это противоречит признанию криптовалюты средством платежа и значительно ограничивает ее использование на территории России, а также снижает экономическую целесообразность владения криптовалютой. Специалисты уверены, что авторам закона так и не удалось выработать адекватное определение цифровой валюты. В документе говорится: «криптовалюта — это токены, по которым отсутствует обязанная сторона». Такое определение от противного позволяет отнести к криптовалюте большое количество различных электронных записей (аккаунты, электронную валюту и так далее). Поэтому авторы дополнили, что криптовалюта — это не любые записи, а те, что могут быть либо средством платежа, либо инвестирования. По новому закону судебная защита прав на цифровую валюту возможна лишь в случае, если она специальным образом декларировалась и с нее выплачивались налоги (п. 6 ст. 14). Неясно, как это будет проверяться — в декларации доходы от продажи цифровой валюты могут указываться совершенно по-разному, а хранение цифровой валюты (без извлечения дохода) никогда не требовалось отдельно декларировать. Вероятно, ФНС или Минфин позднее дадут разъяснения по этому поводу. «Также, разумеется, чрезвычайно сомнительна сама идея, что для получения судебной защиты собственник цифровой валюты должен подтверждать выполнение неких публичных обязанностей — почему уплата или неуплата налогов влияет на наличие судебной защиты, то есть, по существу, на само право собственности?», — задаются вопросом в Moscow Digital School.

Пока в законе «О ЦФА» нет норм, посвященных майнингу. В конце августа Минфином был разослан в профильные ведомства пакет законопроектов о внесении поправок в еще не вступивший в силу документ. В нем косвенно упоминается добыча криптовалюты и написание софта. Однако в том же пункте установлен запрет на получение оплаты за такие действия в цифровой валюте. На практике майнеры, как правило, получают вознаграждение именно в виде криптовалюты. Если предлагаемый пакет законопроектов будет принят, российским предпринимателям, занимающимся добычей криптовалюты, придется искать обходные пути, чтобы не попасть под административную и уголовную ответственность, которую также предлагает ввести Минфин, предупредили юристы.

Биржи и обменники

Закон о цифровых финансовых активах вводит новый субъект российского крипторынка — операторы обмена цифровых финансовых активов. Они по сути являются криптобиржами, но только для обмена токенов, которые признаются по российскому законодательству цифровыми правами. На сегодняшний день такими специальными законами являются ФЗ об инвестиционных платформах и ФЗ о ЦФА. Операторы обмена могут организовывать торговлю утилитарных цифровых прав и цифровых финансовых активов. Существующие криптобиржи, торгующие криптовалютами, например, биткоином и Ethereum, не подпадают под определение нового субъекта и остаются неурегулированными. Закон о ЦФА прямо допускает возможность организации на территории России площадки для обмена криптовалют. Закон устанавливает требования «деловой репутации» к исполнительным органам информационной системы, оператора обмена ЦФА. Такие требования включают отсутствие неснятой и непогашенной судимости, отсутствие за последние годы фактов привлечения к административной или уголовной ответственности в связи с банкротством, в связи с деятельностью финансовой организации, сведений о причастности лиц к экстремистской деятельности или терроризму и др. Оператор обмена ЦФА обязан хранить информацию о сделках с ЦФА не менее 5 лет. Банк России вправе установить дополнительные требования к деятельности информационных систем и операторов обмена ЦФА, например, к операционной надежности и к предоставлению отчетности. Подобные требования могут усилить транспарентность, а также повысить безопасность. «Однако при установлении требований должен учитываться принцип технологической нейтральности, то есть возможность использовать любые технологии безопасности, а не только те, которые разработаны или установлены государством», — подчеркнули юристы.

Закон устанавливает требования к рекламе ЦФА, в частности, необходимость предупреждать инвесторов, что предлагаемые активы являются высокорисковыми, и их приобретение может привести к потере внесенных денежных средств в полном объеме. Такое требование о предупреждении инвесторов о возможных рисках покупки ЦФА распространено во многих странах (Франция, Швейцария, США). Установлено, что реклама не должна содержать обещание выплаты дохода по ЦФА, за исключением дохода, обязанность выплаты которого предусмотрена решением о выпуске. Реклама не должна содержать прогнозы роста курсовой стоимости выпускаемых ЦФА, что также является мерой защиты от введения инвестора в заблуждение, чрезмерных ожиданий в отношении инвестиций и обеспечения достоверной оценки инвестором таких инвестиций.

Налогообложение

Закон о ЦФА не регламентирует вопросы, связанные с налогообложением цифровых финансовых активов. Вопрос налоговых последствий совершения сделок с криптовалютой остается открытым. В мире вопросы налогообложения чаще всего решаются за счет профильных разъяснений органов налоговой службы по системам уплаты налогов с операций с цифровыми активами. «Оборот криптоактивов будет подчиняться общим правилам налогообложения, что может привести к ряду затруднений и противоречий и, очевидно, будет работать против развития нового рынка», — пояснили эксперты. В настоящее время в России не определен подход к косвенному налогообложению криптоактивов. В мае 2018 года Минфин выразил свое мнение о налогообложении криптовалютных операций для физических лиц. «. особый порядок налогообложения доходов физлиц при совершении операций с криптовалютами не установлен, физические лица должны самостоятельно исчислить налог и подать декларацию в инспекцию; налоговая база по операциям купли-продажи криптовалют определяется в рублях как превышение общей суммы доходов от продажи криптовалюты над общей суммой документально подтвержденных расходов на ее приобретение; до законодательного урегулирования вопросов, связанных с обращением и налогообложением криптовалют, при определении налоговой базы необходимо исходить из ст. 220 НК РФ», — говорится в письме Минфина. Касательно корпоративного налогообложения в министерстве подчеркивали, что согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, определяемая для российских организаций в общем случае как разница между полученными доходами и произведенными расходами, квалифицируемыми в соответствии с положениями главы 25 НК РФ. «Логика положений главы 25 НК РФ подразумевает налогообложение всех доходов, полученных налогоплательщиком при осуществлении деятельности, за исключением поименованных в ст. 251 НК РФ. При этом особый порядок налогообложения доходов при совершении операций с криптовалютой главой 25 НК РФ не установлен», — объяснили в Moscow Digital School.

Перспектива

Руководитель Российского центра компетенций и анализа стандартов ОЭСР РАНХиГС при президенте РФ Антонина Левашенко предупредила, что с 1 января 2021 года криптобизнес, по сути, не сможет использовать криптовалюту для своих операций. Это значит, что ему будет невыгодно работать на территории России. «На данный момент по смыслу закона запрещены будут именно операции по оплате в криптовалюте, теоретически операции по обмену криптовалюты на фиатные средства или другие криптовалюты (как конвертация) не ограничены. Не запрещено также и получение, например, зарплаты в криптовалютах. Смена юрисдикции крупного и не очень криптобизнеса — это то, что ожидает криптоэкономику в России, ведь ни одна из развитых стран не вводит запретов на использование криптовалют», — предупредила Левашенко. По ее словам, поправки, предложенные Минфином, могут еще больше усугубить ситуацию. Например, ограничить возможность покупки криптовалюты, а также получения зарплаты в криптовалюте. Подобный запрет не только обесценивает криптовалюту, но и влечет отток бизнеса и капитала из России. — Штрафы и уголовное дело. Как инициатива Минфина повлияет на криптобизнес — ЦБ не поддержал проект по майнингу криптовалют из своей «песочницы» — На фестивале в России впервые напитки продали за биткоины. Законно ли это Больше новостей о криптовалютах вы найдете в нашем телеграм-канале РБК-Крипто.

«Приняли, но не совсем». Закон о цифровых финансовых активах

Информационный поток, связанный с пандемией и коронавирусом, перекрыл тему, за которой многие следили и ждали ее развития, а отметили лишь профильные специалисты.

Время прочтения: 11 минут

Президент подписал Федеральный закон от 31.07.2020 N 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (ФЗ о ЦФА). Начало действия документа – 01.01.2021 (за исключением отдельных положений).

Проект закона существовал уже более двух лет, был принят Государственной думой в первом чтении и ждал своего часа.

В ходе подготовки законопроекта ко второму чтению из него убрали некоторые понятия. Например, «майнинг» и «токены». Регулироврвание выпуска (майнинг), организация выпуска и обращение цифровой валюты в России будет определяться отдельным законом. Он может быть принят в осеннюю сессию, рассказал глава комитета Госдумы РФ по финансовому рынку Анатолий Аксаков. По словам депутата, в комитете отказались от идеи дополнить документ нормами об административной и уголовной ответственности.

Со своей стороны добавлю, что в данном законе важно прописать механизм обмена цифровой валюты на фиатные деньги, сейчас эта процедура вне правового поля.

По понятиям

По принятому ФЗ о ЦФА цифровыми финансовыми активами признаются цифровые права, включающие:

  • денежные требования;
  • возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам;
  • права участия в капитале непубличного акционерного общества;
  • право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг, которые предусмотрены решением о выпуске цифровых финансовых активов в установленном ФЗ о ЦФА порядке, выпуск, учет и обращение которых возможны только путем внесения (изменения) записей в информационную систему на основе распределенного реестра, а также в иные информационные системы.

В данном случае это так называемые security-токены. Utility токены (цифровые токены с правом требования товаров или услуг) можно выпускать уже сейчас (пример – «Спасибо» от «Сбербанка»).

Напомню, что цифровыми правами по ФЗ № 34 признаются названные в таком качестве в законе обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам. Осуществление, распоряжение, в том числе передача, залог, обременение цифрового права другими способами или ограничение распоряжения цифровым правом возможны только в информационной системе без обращения к третьему лицу.

Закон о ЦФА устанавливает требования к информационной системе, в рамках которой осуществляется выпуск ЦФА, а также к оператору этой системы и оператору обмена ЦФА.

Понятия «информационная система» и «оператор информационной системы» используются в значениях, определенных Федеральным законом от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

Таким образом, выпуск цифровых прав – это вид предпринимательской деятельности. Граждане РФ смогут только инвестировать в них. Выпуск цифровых прав не предпринимателями не предусмотрен.

Еще не все запрещено

В новом законе нет понятия «криптовалюты», но есть «цифровая валюта», то есть совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему по ее правилам.

Несмотря на то, что криптовалюта в данном определении является инвестицией либо средством платежа, ее нельзя использовать юридическим лицам, личным законом которых является российское право, и физическим лицам, фактически находящимся в Российской Федерации не менее 183 дней в течение 12 следующих подряд месяцев в качестве платежа за оплату товаров, работ и услуг.

В Российской Федерации запрещается распространение информации о предложении и (или) приеме цифровой валюты в качестве встречного предоставления за передаваемые ими (им) товары, выполняемые ими (им) работы, оказываемые ими (им) услуги или иного способа, позволяющего предполагать оплату цифровой валютой товаров (работ, услуг).

Интересно, что этим же Законом о ЦФА вносятся изменения в Федеральный закон «Об исполнительном производстве», «О несостоятельности (банкротстве)», «О противодействии коррупции» и другие акты, в которых цифровая валюта признается не просто совокупностью электронных данных, а имуществом.

То есть запрета на криптовалюту нет.

Это очень важное положение с точки зрения практики, поскольку теперь криптовалюту можно будет обоснованно внести в конкурсную массу, передать по наследству или разделить в браке, а также проводить расследование в случае ее кражи, то есть вывести из «серой зоны». При этом закон не распространяется на иностранные блокчейны и токены на их основе.

Пока нет конкретных положений об уголовной ответственности за незаконный оборот виртуальных валют. В уголовной плоскости сейчас действует Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 № 32 (ред. от 26.02.2019) «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем», согласно которому: «Исходя из положений статьи 1 Конвенции Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности и о финансировании терроризма от 16 мая 2005 года и с учетом Рекомендации 15 ФАТФ предметом преступлений, предусмотренных статьями 174 и 174.1 УК РФ, могут выступать в том числе и денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), приобретенных в результате совершения преступления».

Для обеспечения судебной защиты цифровой валюты их обладателям необходимо информировать налоговые и иные уполномоченные органы о фактах обладания цифровой валютой и совершения гражданско-правовых сделок и (или) операций с цифровой валютой в порядке, установленном законодательством РФ о налогах и сборах. Соответственно, необходимы дополнения в налоговое законодательство в части декларирования цифровой валюты, определения порядка ее хранения.

Законом сохранена возможность оборота ЦФА; сделки с цифровыми правами, включающими одновременно цифровые финансовые активы и иные цифровые права, совершаются через оператора обмена цифровых финансовых активов

По сути, оборот регулируется Банком России и сложно говорить о какой-то децентрализации ЦФА, так как Банк России в установленном им порядке включает оператора информационной системы в реестр, принимает решение об отказе в согласовании правил информационной системы, в которой осуществляется выпуск цифровых финансовых активов.

Стейблкойны для российской экономики

«Недавно принятый закон «О цифровых финансовых активах» и еще находящийся на рассмотрении законопроект «О цифровой валюте» позволят российским компаниям выпускать стейблкоины и обменивать их на другие активы, заявил глава комитета Госдумы РФ по финансовому рынку Анатолий Аксаков. По его словам, о такой возможности неоднократно просили представители бизнеса. «Эти стейблкоины могут выпускаться, обмениваться, продаваться, в том числе на активы, выпущенные в иностранных информационных системах», – пояснил Анатолий Аксаков.

С просьбой ускорить принятие закона для запуска эмиссии токенизированных активов к властям обращались председатель правления «Норникеля» Владимир Потанин и Российский союз промышленников и предпринимателей.

По мнению Владимира Потанина, «принятие закона способствует появлению новых цифровых сервисов и платформ, объединяющих разработчиков, стартапы, поставщиков технологических решений и потребителей в таких отраслях, как металлургия, нефтегаз, энергетика, автомобилестроение и другие».

Следствием принятия закона станет появление большого числа российских компаний – эмитентов ЦФА, которые предложат рынку самый широкий спектр токенизированных продуктов, в числе которых может быть сырье, потребительские товары, различные услуги, объекты недвижимости, предметы искусства и так далее, сказал глава «Норникеля».

Стейблкоины (от англ. stable – стабильный, coin – монета) – это криптовалюты, призванные минимизировать волатильность цен (чаще всего против доллара США); они сильно отличаются от более волатильных криптоактивов, таких как биткоин, в которых отсутствует встроенный механизм ценовой стабилизации.

Большинство стейблкоинов задуманы как равные по стоимости доллару США, основной мировой резервной валюте. Например, предполагается, что одна единица крупнейшего стейблкоина Tether (USDT) равна одному доллару США, и уже почти три года, в течение которых Tether активно торгуется на публичных криптовалютных рынках, его курс оставался в целом стабильным.

В заключение нельзя не рассказать о важном событии в цифровой сфере – в России впервые официально выдана банковская ссуда, обеспеченная криптовалютой. Кредит выдан Экспобанком через заключение договора индивидуальной банковской ссуды, обеспеченной токенами Waves. В процессе структурирования был использован механизм условного депонирования (эскроу), который на сегодняшний день в российском праве является оптимальным способом быстрого исполнения обязательств кредитору путем передачи имущества в виде задепонированных цифровых активов.

По словам руководителя юридического направления Экспобанка Танзилы Яндиевой, сделка носит «прецедентный характер как для юридического, так и для банковского сообщества».

Закон не дописан

В России постепенно входят в оборот цифровые финансовые активы (ЦФА) — уже состоялись первые выпуски, но они носили скорее тестовый характер для обкатки созданных IT-инфраструктур. Банки начинают проявлять всё больший интерес к таким инструментам, выступая не только в роли эмитентов, но и в качестве операторов информационной системы. Так, в начале февраля к «Сберу» присоединился и Альфа-банк, который разместил ЦФА на платформе «А-Токен». Это новый вид инвестиционного инструмента, который выпускается в цифровой форме. Изначально они создавались для привлечения инвестиций малым и средним бизнесом, но впоследствии ими заинтересовались и крупные игроки. ЦФА могут приобретать как обычные граждане, так и квалифицированные инвесторы, однако есть ограничения. Выпускаются цифровые финансовые активы на платформе, правила которой согласовываются с Банком России, при этом оператор информационной системы администрирует ее и ведет учет прав на ЦФА. Все сделки с такими инструментами, кроме первоначальной эмиссии, осуществляются через оператора обмена ЦФА, а денежные расчеты по ним могут проводиться только в случае получения статуса оператора электронной платформы.

Такая конструкция направлена на снижение рисков инвесторов и стабильное развитие финансового рынка. Но на сегодня ни сам рынок, ни потребители не хотят массово переходить на подобные инструменты. Одна из основных причин тому — законодательство оказалось не готово ответить на все вопросы, возникающие при работе с цифровыми финансовыми активами. Среди проблемных сфер — порядок взаиморасчетов, вторичный оборот и трансграничные сделки с ЦФА, защита прав инвесторов и допуск эмитентов на рынок. Кроме того, наращивать компетенции в этой отрасли должны как субъекты финансового рынка, так и те, кто активно работает с инвесторами: финансовые консультанты, сотрудники брокерских и управляющих компаний. Вступивший в силу в июле 2022 года закон позволил применять механизм, который гарантирует передачу ЦФА сразу же после поступления денег продавцу. Так, оператор электронной платформы открывает номинальный счет в российской кредитной организации и использует его при проведении сделок. Затем также решили вопрос с налогообложением деятельности операторов. Часть услуг перестали облагать НДС, а для взимания НДФЛ и налога на прибыль установили правила учета доходов и расходов. Кроме того, Банк России своим указом запретил неквалифицированным инвесторам приобретать определенные ЦФА и ограничил сумму вложений в такие инструменты со средним уровнем риска. При определении групп цифровых финансовых активов исходили из опыта с классическими инструментам. В том числе во избежание потенциальных споров, которые могли возникнуть из-за разного регулирования обычных ценных бумаг и продуктов в формате ЦФА. Однако этих ограничений недостаточно для того, чтобы говорить о полной защите прав инвесторов. Если ЦБ РФ предпринял попытку регулирования отношений по аналогии с ценными бумагами, то и механизмы защиты прав инвесторов следовало бы распространить на владельцев ЦФА, чего на сегодняшний день не сделано.

Аналогичный подход «одинаковые содержание и риски — одинаковое регулирование» предлагается использовать для контроля выпуска и обращения ЦФА. Например, в вопросах требований к эмитенту, раскрытия информации о нем, правил допуска активов и их регистрации, правил учета и работы с ЦФА кредитными организациями, НПФ, страховыми компаниями и другими субъектами. А также для определения возможности проведения сделок с такими инструментами на традиционных биржах. Описанный подход используется в США, то есть регулирование уже имеющихся инструментов применяется также к схожим активам в электронной форме. Однако этот метод может быть задействован не всегда и не во всем. В частности, законодатель запретил использование ЦФА в качестве средства платежа. Если же будет принято решение использовать аналогичное традиционным финансовым инструментам регулирование, то, получается, и для них надо будет ввести такое ограничение. 15 февраля Госдума приняла в первом чтении законопроект, который разрешает финансовым платформам совмещать свою деятельность с операторами информационной системы. Это изменение позволит увеличить число последних, а также расширить их функциональность за счет уже имеющегося у финансовых площадок инструментария. Как видится, ни законодатель, ни регулятор пока не приняли решение, что же все-таки за зверь такой цифровые активы. А пока не будет четких и понятных правил, такие инструменты вряд ли смогут конкурировать с уже хорошо отрегулированными традиционными финансовыми продуктами. Автор — эксперт образовательной платформы Moscow Digital School (входит в Ultimate Education) Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Криптовалюта в России: законодательное недорегулирование

Вступивший в силу 1 января закон о цифровых финансовых активах и цифровой валюте (Федеральный закон от 31 июля 2020 г. № 259-ФЗ; далее – Закон № 259-ФЗ), хотя и содержит в своем названии оба этих понятия, и дает их определения, не сильно помог криптосообществу с точки зрения понимания сущности и условий использования криптовалют в нашей стране.

Абсолютное большинство норм Закона № 259-ФЗ посвящены цифровым финансовым активам (ЦФА), под которыми понимаются цифровые права, включающие денежные требования, возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам, права участия в капитале непубличного акционерного общества, право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг. Установлены правила выпуска, учета и обращения ЦФА, требования к операторам информационных систем, в которой выпускаются ЦФА, операторам обмена ЦФА, порядок деятельности таких операторов. Как отметил в ходе состоявшейся на прошлой неделе онлайн-конференции ИД «Коммерсантъ» председатель Комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков, принятие Закона № 259-ФЗ должно поспособствовать более активному использованию технологии блокчейн для выпуска ЦФА с целью привлечения инвестиций под реализацию различных проектов.

Регулирование же, предложенное Законом № 259-ФЗ, для цифровой валюты – Анатолий Аксаков подтвердил, что под ней подразумевается именно криптовалюта, – оказалось половинчатым. С одной стороны, криптовалюта в России теперь легализована. Во-первых, законодательно дано ее определение: цифровой валютой признается совокупность содержащихся в информационной системе электронных данных (цифрового кода или обозначения), которые предлагаются и могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей РФ, иностранного государства и международной денежной или расчетной единицей, либо в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных (ч. 3 ст. 1 Закона № 259-ФЗ). Во-вторых, в ряд отраслевых законов (Федеральный закон от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Федеральный закон от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», Федеральный закон от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции») включены положения о том, что для целей соответствующих законов цифровая валюта признается имуществом.

С другой стороны, правила выпуска и обращения цифровой валюты не определены, указано лишь, что «организация выпуска и (или) выпуск, организация обращения цифровой валюты в Российской Федерации регулируются в соответствии с федеральными законами» (ч. 4 ст. 14 Закона № 259-ФЗ), а значит, владельцам криптовалют – а их в России немало: по приведенным президентом РАКИБ Юрием Припачкиным данным, наша страна входит в тройку государств – лидеров по использованию цифровых валют, а количество криптокошельков граждан России превышает 8 млн, – еще какое-то время придется ждать принятия такого законодательства. Напомним, законопроект, на основе которого был принят Закон № 259-ФЗ, рассматривался в Госдуме более двух лет.

Однако в определенной части использование криптовалюты уже законодательно ограничено: прямо установлен полный запрет на оплату цифровой валютой товаров, работ и услуг – он распространяется на действующие на территории России юридические лица, в том числе филиалы и представительства иностранных и международных компаний, и на граждан, находящихся в РФ не менее 183 дней в течение 12 следующих подряд месяцев (ч. 5 ст. 14 Закона № 259-ФЗ). «У нас по законодательству платежным средством является рубль, который эмитируется Банком России, и никакие иные валюты, в том числе криптовалюты, не могут быть платежным средством на территории РФ. Так что это нормальное решение, что нельзя их использовать для расчетов, – подчеркнул Анатолий Аксаков. – Кроме того, хотя это прямо не написано, но подразумевалось: поскольку эти частные валюты, которые не имеют обязанного лица, обеспечения, за ними не стоит никакое государство, они несут большой риск для правообладателей, так что нет желания стимулировать россиян приобретать их».

В принципе же совершение операций и гражданско-правовых сделок с цифровой валютой разрешается, а требования ее владельцев подлежат судебной защите, правда, с одной оговоркой – о факте обладания цифровой валютой и совершения с ней сделок необходимо информировать налоговые органы (ч. 6 ст. 14 Закона № 259-ФЗ).

Порядок такого информирования может быть утвержден уже в ближайшее время: 17 февраля в первом чтении был принят законопроект 1 , предусматривающий своего рода самодекларирование факта владения и использования криптовалют: п. 1 ст. 21 Налогового кодекса предлагается дополнить положением, согласно которому налогоплательщики имеют право сообщать о получении права распоряжаться, в том числе через третьих лиц, цифровой валютой, представлять отчеты об операциях с ней и о ее остатках. При этом для случаев, когда за календарный год сумма поступлений цифровой валюты или списаний цифровой валюты лицом, которое вправе ею распоряжаться, превысит сумму, эквивалентную в денежном выражении 600 тыс. руб., предполагается установить уже не право, а обязанность таких лиц сообщать в налоговый орган о получении права распоряжаться цифровой валютой, а также представлять отчеты об операциях (гражданско-правовых сделках) с цифровой валютой и ее остатках – ст. 23 НК РФ планируется дополнить соответствующим п. 3.5. Распространяться эта обязанность будет на российские организации, филиалы и представительства иностранных и международных компаний, созданные на территории РФ, и физических лиц: граждан России, постоянно проживающих в РФ на основании вида на жительство иностранных граждан и лиц без гражданства (за исключением лиц, срок пребывания которых за пределами России превышает в совокупности 183 дня в течение календарного года).

В связи с этим ФНС России предполагается наделить полномочиями по установлению порядка определения рыночной цены на цифровую валюту – она будет использоваться при расчете обозначенной выше пороговой суммы в 600 тыс. руб., а также по утверждению форматов сообщения о получении права распоряжаться цифровой валютой, отчета об операциях с цифровой валютой и ее остатках.

За непредставление или представление содержащего недостоверные сведения отчета об операциях с цифровой валютой и ее остатках законопроектом предусматривается ответственность в виде штрафа в размере 10% от суммы поступления цифровой валюты или суммы списания цифровой валюты лицом, которое вправе ею распоряжаться, в соответствующем календарном году – для расчета размера штрафа предполагается использовать большую из указанных сумм (в рублевом эквиваленте). За непредставление же сообщения о получении права распоряжаться цифровой валютой предлагается ввести штраф в размере 50 тыс. руб. В случае принятия законопроекта и подписания соответствующего закона первым отчетным периодом станет 2021 год.

Помимо этого, законопроектом предусматривается штраф за неуплату, в том числе частичную, налога в связи с невключением в налоговую базу прибыли (доходов) от операций, расчеты по которым осуществлялись с использованием цифровой валюты, – в размере 40% от суммы неуплаченного налога в части таких операций.

Разумеется, данный проект, вводящий новые обязанности и ответственность за их неисполнение в сфере, до конца пока не урегулированной, широко обсуждается экспертным сообществом. По мнению специалистов по криптовалюте, он, во-первых, является преждевременным – нецелесообразно говорить о налогах в отсутствие норм, устанавливающих правила оборота криптовалют, а во-вторых, нуждается в серьезной корректировке, в частности с точки зрения того, что понимается под прибылью от использования криптовалют для целей налогообложения. «Прибыль от криптовалют является виртуальной, пока ты не перешел в фиат. Когда ты обналичил деньги и получил реальную прибыль, тогда, пожалуйста, заплати налоги – такой должен быть подход», – полагает Юрий Припачкин.

Стоит отметить, что с большой вероятностью законопроект будет существенно доработан ко второму чтению – профильные комитеты Госдумы уже отметили целый ряд требующих изменения и уточнения его положений. Так, Комитет Госдумы по государственному строительству и законодательству указал в своем заключении, что установление налогового режима цифровых валют невозможно без уточнения круга объектов, которые могут быть отнесены к цифровой валюте, определения их соотношения с такими регулируемыми Гражданским кодексом категориями, как цифровые права и деньги, и установления четких правил их использования. Для этого необходимо закрепить в ГК РФ понятие цифровой валюты – с возможностью ограничения ее гражданского оборота в соответствии с п. 2 ст. 129 кодекса – и соответствующим образом скорректировать ее определение в Законе № 259-ФЗ.

Комитет Госдумы по бюджету и налогам (является ответственным по данному законопроекту) в свою очередь отмечает несоответствие положений, предусматривающих наделение ФНС России правом устанавливать порядок определения рыночной цены цифровой валюты, ст. 40 НК РФ, согласно которой по общему правилу для целей налогообложения принимается цена товаров, работ или услуг, указанная сторонами сделки, – предполагается, что эта цена соответствует уровню рыночных цен, пока не доказано обратное, а налоговые органы вправе проверять правильность применения цен только в определенных случаях. Кроме того, поскольку налоговые согласно законопроекту смогут запрашивать в банках выписки по операциям на счетах физических лиц и справки о переводах электронных денежных средств при установлении признаков, указывающих на возможное нарушение законодательства о налогах и сборах, если операции на счетах связаны с операциями по переводу цифровой валюты, необходимо, по мнению комитета, уточнить, что понимается под операциями по переводу цифровой валюты (так как в Законе № 259-ФЗ об этом тоже не говорится), и в рамках какой из предусмотренных НК РФ процедур налоговые органы могут установить факт того, что операции на счетах связаны с переводом цифровой валюты, а также признаки возможного нарушения налогового законодательства. И наконец, необходимо определить, какие операции будут считаться операциями, расчеты по которым осуществляются с использованием цифровой валюты, так как прибыль от таких операций предполагается включать в налоговую базу, но при этом Закон № 259-ФЗ, как уже отмечалось, запрещает использовать цифровую валюту для расчетов за товары, работы и услуги.

1 С текстом законопроекта № 1065710-7 «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации» и материалами к нему можно ознакомиться на официальном сайте Госдумы.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *