Что производит иран на мировой рынок
Перейти к содержимому

Что производит иран на мировой рынок

  • автор:

Как работает экономика Ирана

Иран. Какие ассоциации у вас возникают с этой страной, кроме гадкого беспилотника, который на крыльях своих несет смерть? Нефть, газ, черная икра, торговля органами и, конечно, подземные бункеры, где обогащают уран, чтобы получить вожделенное ядерное оружие. Это краткое описание экономики Ирана, который уже более 40 лет страдает от американских санкций. Однако так было не всегда.

Оглавление
Владислав Недашковский
Редактор личные финансы, малый и средний бизнес, налоги, экономика
Обновлено 21 июля 2023

В 60-70-х годах прошлого столетия последний шах Ирана Мохаммед Реза Пахлави начал так называемую Белую революцию – процесс модернизации экономики и общества. Цикл реформ должен был преодолеть феодальные пережитки и интегрировать страну в мировую капиталистическую систему. Этого хотели сами иранцы, ведь шесть пунктов экономических и социальных реформ получили всенародное одобрение на референдуме 1963 года.

Но радикальная вестернизация Пахлави захлебнулась в исламской революции, закончившейся в феврале 1979 года. «Шах ушел, имам пришел!» – кричали сторонники исламизации.

Страна под властью аятоллы Хомейни отвергла капитализм и коммунизм, став на свой путь развития, основой которого был ислам. Идя по этому пути, Иран и оказался там, где есть сегодня – в союзниках международных преступников, то есть россии.

Доступна также видеоверсия этого материала ��

Иран до исламской революции

Во Второй мировой войне тогдашний монарх Реза Шах Пахлави был союзником Третьего Рейха. Но в 1941 году в Иран вошли британские и советские войска. Под их давлением он вынужден был отказаться от власти в пользу сына – кронпринца Мохаммеда.

Кронпринц Мохаммед с дочерью Шахназ и женой – принцессой Фавзией Фуад

Неограниченное 38-летнее правление Ираном Мохаммеда Пахлави было прервано лишь раз – в 1953-м, когда шах на короткий срок покинул страну из-за противоречий с премьером Мохаммедом Мосаддиком.

Мосаддик в 1951 году национализировал нефтедобывающие компании, находившиеся в частных, в основном британских руках. В ответ Великобритания вместе с США объявили бойкот иранской нефти. А уже в августе 1953 г. состоялся переворот, который подготовило ЦРУ. В результате переворота премьер оказался в тюрьме. Из-за большой популярности Мосаддика среди населения шах Мохаммед Реза Пахлави в конце концов уволил его, после чего Мосаддик провел оставшуюся жизнь под домашним арестом.

Пахлави же вернулся в Иран и вновь приватизировал нефтяную промышленность и принялся за реформы. Курс, которому следовал шах, был ориентирован на Запад.

Съемки журнала Vogue в Иране, 1969 год

Иран во времена Мохаммеда Пахлави был единственным исламским государством, поддерживавшим дружеские отношения с Израилем. Кроме того, Пахлави поддерживал проамериканские режимы в Чаде, Сомали и Омане. Любая оппозиция монархии строго подавлялась спецслужбами.

В январе 1963 года в Иране состоялся референдум по вопросу экономических и социальных реформ, которые получили всенародную поддержку: за них проголосовали почти 5,6 млн граждан, тогда как против – всего 4115.

Белая революция привела к взрывному экономическому росту, быстрой урбанизации, разрушению феодальных устоев и росту уровня жизни городских наемных работников. Женщины получили равные права с мужчинами: они могли голосовать и быть избранными, работать юристами и судьями. Крестьяне получили землю.

Иранские женщины до исламской революции

Именно аграрная реформа была важнейшей во всем цикле преобразований. Иранские крестьяне становились собственниками земли через ее отчуждение у аристократов-землевладельцев.

Правительство выкупало землю по фиксированной цене и продавало ее крестьянам на 30% дешевле с возможностью рассрочки на 25 и более лет по минимальным процентным ставкам. В результате почти 90% иранских издольщиков, а они с семьями составляли 40% населения страны, стали землевладельцами.

Но значительное количество участков имело недостаточный размер и не могло прокормить получившие их семьи. Проблема заключалась в соотношении земли и численности населения. Поэтому участки перекупались, и в последствии в стране возникла новая земледельческая элита.

У крестьян был выбор: возвращаться в аренду или мигрировать в города. До 41% крестьянства избрали миграцию. Города, несмотря на взрыв индустриализации, тяжело справлялись с притоком населения – там просто не нуждались в таком количестве рабочей силы. Переселенцы начали составлять маргинальную взрывоопасную в плане социального протеста прослойку.

В целом же период Белой революции характеризуется быстрыми темпами промышленного роста, в частности благодаря нефтедолларам – в Иран в 1973 году пригласили иностранных специалистов, которые начали внедрять американское оборудование нефтяной добычи.

В течение 1963-1978 годов ВВП на душу населения увеличился со 100 до 1521 долл. на человека. Темпы прироста промышленного производства составляли:

  • с 1962 по 1968 год – 8,8% в год;
  • с 1969 по 1972 год – 11,5% в год;
  • с 1973 по 1978 год – 26% в год.

В стране утвердился средний класс – более 1 млн семей стали владельцами малого бизнеса. Для новых предприятий было подготовлено около 700 тыс. специалистов.

Приватизация государственных предприятий и продажа их акций населению привела к созданию нового класса промышленных предпринимателей. Работники на предприятиях получили гарантированное законом право на 20% чистой прибыли и дополнительное вознаграждение за повышение производительности или снижение издержек.

Также была организована обширная система социального страхования и пенсионного обеспечения.

Но осовременивание страны происходило очень стремительными темпами. Реформы не учитывали национально-религиозную специфику, поэтому столкнулись с серьезным сопротивлением со стороны многочисленного шиитского духовенства.

Во время Белой революции шах целенаправленно ограничивал своими реформами не только политико-идеологическую роль духовенства, но и его экономическую мощь (например, секуляризацией церковной земельной собственности – аятоллы остались без ренты), чем настроил духовенство против себя.

Кроме того, под давлением администрации новоизбранного президента США Джимми Картера Мохаммед Пахлави уволил несколько сотен политических заключенных. И тогда стали появляться ячейки оппозиции, в частности марксисты и исламисты.

Законная деятельность оппозиции позволила распространить протестные настроения в обществе, связанные с ущемлением религии, внутриполитическим националистическим курсом в сочетании с проамериканской внешней политикой, политикой государственного капитализма на фоне массовой бедности.

Дело в том, что значительная часть сельского населения не сумела воспользоваться новыми возможностями. И у этой негодующей массы быстро появились лидеры.

Главным идеологом антизападного и антиреформистского сопротивления стал аятолла Рухолла Хомейни.

Сопротивление реформам ширилось по стране и радикализировалось, из-за чего шах вынужденно усиливал политические репрессии. С октября 1977 года Иран накрыла волна демонстраций. Критической отметки противостояние достигло в 1978-м. Постоянные забастовки и демонстрации парализовали страну.

Около миллиона человек вышли на площадь Азади (Свободы) в Тегеране, 1979 год

Иран возвращается на глобальные рынки: обзор наиболее значимых отраслей экономики

AP Photo/ Ebrahim Noroozi, архив

ТЕГЕРАН, 2 июня. /Корр. ТАСС Александр Левченко/. Прошло пять месяцев с того момента, как началась реализация ядерного соглашения, заключенного Ираном с шестью мировыми державами (пять постоянных членов СБ ООН и Германия), и в отношении Исламской Республики были сняты санкции, введенные ранее в связи с ее ядерной программой. Страна активно выходит на мировые рынки, восстанавливает экономические и торговые связи с другими государствами. В частности, с Россией.

В программе Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) есть сессия «Жизнь после санкций. Возвращение Ирана на глобальные рынки», запланировано участие в ней министра промышленности, шахт и торговли ИРИ Мохаммада Реза Нематзаде и замминистра нефти по международным и коммерческим вопросам ИРИ Амира Хоссейна Заманиана.

В преддверии форума ТАСС предлагает обзор наиболее значимых и перспективных отраслей Ирана, затрагивающих в том числе интересы двусторонних российско-иранских экономических отношений.

Шансы стать супердержавой

Ведущие международные финансовые институты и рейтинговые агентства предвещают иранской экономике хорошие перспективы. Так, Международный валютный фонд (МВФ) прогнозирует экономический рост уже в 2016 году в 4-4,5%, давая при этом более скромные оценки по сравнению с тем, что привел иранский президент (5%). А Global Risk Insights, просчитывающая политические риски, способные повлиять на бизнес, инвестиции или экономический климат в стране, считает, что у Ирана есть все шансы стать к 2025 году ближневосточной экономической супердержавой. Уже сегодня, по данным аналитиков этой организации, иранская экономика является наиболее развитой и диверсифицированной в регионе Ближнего Востока и Северной Африки, «а ядерная сделка, без сомнения, приведет к тектоническим сдвигам в региональном балансе сил».

Только за три месяца после подписания всеобъемлющего плана действий (СВПД) Иран посетили 9 президентов, 6 премьер-министров и 14 министров иностранных дел различных стран мира с целью упрочения торговых и политических отношений с республикой, подписаны десятки сделок на миллиарды долларов, что красноречиво свидетельствует о привлекательности Ирана как экономического и коммерческого партнера.

Снятие санкций также позволило Ирану сделать настоящий рывок по возвращению на мировой рынок нефти. Если до отмены ограничений Тегерану разрешалось экспортировать не более 1 млн баррелей в сутки, то спустя пять месяцев уровень экспорта приблизился к отметке 2,5 млн баррелей сырой нефти и газового конденсата, добыча возросла до 3,7 млн баррелей. Иными словами, Иран практически восстановил досанкционный уровень добычи и экспорта. Поставки выросли как за счет традиционных покупателей иранской нефти — Китая, Индии, Японии и Южной Кореи, так и за счет ряда стран Европы — Испании, Греции, Италии, а также России (для поставок в Румынию).

От эйфории к осознанию реальности

«После начала реализации СВПД Иран привлек около $3,418 млрд иностранных инвестиций, — заявил официальный представитель правительства Мухаммад Бакер Ноубахт. — Эта сумма пойдет на реализацию 41 проекта в различных провинциях Ирана».

Читайте также
Министр нефти Ирана: заморозка нефтедобычи равнозначна продлению санкций

В то же время многие амбициозные иранские проекты наталкиваются на проблему нехватки инвестиционных средств. Расчет на размороженные в иностранных банках иранские активы пока не оправдался. Их общий объем оценивается примерно в $92 млрд. Такие данные приводил Центральный банк Ирана. Причем большую часть из них составляют доходы от продажи нефти. Основная доля активов находится в банках Китая, Японии, Южной Кореи, Турции и небольшая часть — на Тайване. Формально эти средства были разблокированы с началом реализации ядерной сделки 16 января. Но в реальности доступа к ним Иран пока не получил из-за ограничений на операции в долларах, которые до конца не сняты Вашингтоном. В результате за период с 16 января, по данным госсекретаря Джона Керри, Тегеран смог получить доступ лишь к $3 млрд своих заблокированных активов. Причем Иран рассматривает долларовые ограничения как нарушение обязательств США по СВПД.

Лишь в середине мая для Ирана были сняты ограничения на конвертацию валют в евро.

Читайте также
Роухани: с отменой санкций наступило время создания нового Ирана

В иранском обществе прошел момент эйфории от открывающейся в связи с отменой санкций перспективы. Конечно, никто и не ожидал, что, как по мановению волшебной палочки, на следующий день в Иран хлынут импортные товары, откроются новые предприятия, снизится безработица, повысятся зарплаты. Но надежды, с этим связанные, безусловно, были и остаются.

На первый взгляд, за последние месяцы в жизни простых людей мало что изменилось. По официальным данным, безработица среди трудоспособного населения удерживается на уровне 11%, причем примерно половина из них — это выпускники вузов. Кроме того, официальная статистика признает занятыми тех, чей рабочий день длится от 1 часа в день. По данным Центробанка ИРИ, инфляция в годовом исчислении снизилась с 13,2% в прошлом иранском году, который закончился 20 марта, до 10,4% апреле-мае 2016 года. Правительству удается удерживать курс национальной валюты. Но цены на продукты питания и товары первой необходимости возросли существенно. Постепенно в обществе приходит осознание того, что экономические проблемы в Иране куда глубже, чем представлялось ранее, и что с санкциями они связаны лишь отчасти.

«Экономика сопротивления»

Падение цен на нефть и санкции в прошлые годы подтолкнули иранское руководство к выработке новой экономической стратегии, которая оформилась как государственная программа в 2015 году и получила название «экономика сопротивления». Ее главная идея — построение такой экономической модели, которая позволит снизить зависимость бюджета от доходов на нефть, создать современные передовые производства с привлечением иностранных инвестиций и технологий, ориентированных на экспорт в страны региона, потенциальный потребительский рынок которого Иран оценивает в 300 млн человек. «Экономика сопротивления» стала частью более масштабной дорожной карты национального прогресса, включающей интенсивное развитие науки и технологий, а также культуры страны. Реализация амбициозного проекта должна обеспечить Ирану восьмипроцентный годовой экономический рост, лидирующие позиции в регионе Ближнего Востока в научно-технической области.

Читайте также
Отмена санкций делает Иран полноправным и сильным международным игроком

Выступая на первом заседании меджлиса 10-го созыва 28 мая, президент Хасан Роухани пообещал пятипроцентный экономический рост уже в нынешнем иранском году (начался 20 марта). «А чтобы достичь восьмипроцентного роста, необходимы иностранные инвестиции в промышленность Ирана в объеме от $30 до $50 млрд», — отметил он. Подчеркнув важность усилий правительства по снижению уровня безработицы и созданию новых рабочих мест, глава иранского кабмина в то же время привлек внимание законодателей к тому, что «многие государства с существенно меньшим интеллектуальным и ресурсным потенциалом добиваются лучших, чем в Иране, показателей роста экономики».

В качестве наиболее привлекательного примера иранские эксперты называют южнокорейскую модель развития.

В бюджете нынешнего года экспорт нефти призван обеспечить лишь 25% доходной части бюджета при ее цене в $40 за баррель. Для сравнения: до 2013 года доля доходов от нефти в бюджете доходила до 70-80%.

Новая программа, таким образом, «призвана выбить из рук Запада основные инструменты давления на Иран». Другими словами, «экономика сопротивления» направлена на максимальное изолирование от воздействия негативных внешних факторов и на поддержание уверенного развития.

В соответствии с «экономикой сопротивления» Иран делает упор на привлечение таких иностранных инвестиций, которые способны обеспечить внедрение современных технологий.

Перестройка базовых отраслей

Это касается и нефтегазовой отрасли. Исламская Республика особенно заинтересована в технологиях, направленных на повышение производительности нефтегазодобычи и степени извлекаемости углеводородов с месторождений.

Читайте также
Зангане: Иран не приемлет план по «замораживанию» добычи нефти

Министерство нефти Ирана рассчитывает также на то, что введение новых форм контрактов в иностранными партнерами будет способствовать привлечению иностранных инвестиций и совместным проектам в области нефтегазодобычи.

Нефтяная, газовая, нефтегазоперерабатывающая, а также нефтехимическая отрасль остаются для Ирана базовыми. Причем в ближайшие годы страна намерена произвести структурную перестройку, рассчитанную на смещение веса в пользу нефтегазопереработки и экспорта готовой продукции.

В газовой отрасли «магистральными» проектами являются те, которые связаны с транспортировкой голубого топлива в стратегических направлениях — газопроводы в Пакистан, Оман, Ирак и Турцию (для дальнейшего экспорта в Европу). Расчет делается в основном на интенсивное развитие крупнейшего газового месторождения Южный Парс на шельфе в Персидском заливе и предприятий в прибрежной зоне.

Способ снизить нефтезависимость

В поиске альтернативы доходам от нефти Иран принял решение использовать свое геостратегическое положение для транзита товаров и сырья из России, стран Европы и Центральной Азии к южным портам Персидского залива и далее в страны Южной Азии и Африки и обратно, а также с Востока Азии в порты государств Средиземноморья. В этой связи правительством принимается ряд программ по строительству и реконструкции железных и автомобильных дорог от границ Туркмении и портов Каспийского побережья к портам Персидского залива, развитию логистической инфраструктуры вдоль трасс и в самих портах. В прибрежных районах, в том числе в Абадане, Чабахаре, Энзели, созданы свободные экономические зоны с привилегированной системой налогов, таможенных сборов и визового режима. В них уже работают десятки компаний, в основном из стран Азии и Ближнего Востока.

Перспективы горнодобывающей отрасли и металлургии

В настоящее время Иран занимает 15-ю позицию в мире по объему запасов полезных ископаемых. На него приходится 7% мировых запасов, а по оценке министерства промышленности, шахт и торговли Исламской Республики, в стоимостном выражении они оцениваются более чем в $700 млрд.

Причем как иранские, так и международные эксперты считают, что Иран в скором времени имеет все шансы войти в десятку крупнейших обладателей запасов минеральных ресурсов в мире, а его горнодобывающая отрасль — стать одной из самых перспективных.

До сих пор изучена лишь одна седьмая часть площади страны на предмет залегания полезных ископаемых. Геологоразведка в иранской горнодобывающей отрасли остается наиболее слабым ее звеном. Но даже этот только «приоткрытый» потенциал весьма многообещающий. В стране имеются месторождения 68 минералов промышленного значения. Их доказанные запасы составляют более 37 млрд тонн, а потенциальные оцениваются в 57 млрд тонн. Иран обладает крупными месторождениями угля, железной руды, меди, свинца, цинка, хрома, урана и золота.

Читайте также
Президент Ирана: страна должна использовать возможности, открывающиеся с отменой санкций

В последние десятилетия иранские производители сталкиваются с серьезной нехваткой сырья, особенно для металлургического производства. Согласно правительственному 20-летнему плану (2005-2025) развития горнодобывающей отрасли в нее планировалось привлечь в общей сложности до $40 млрд иностранных инвестиций. Такие данные привел замминистра промышленности шахт и торговли Мехди Карбасьян. Разработка собственных минеральных ресурсов должна служить целям увеличения к концу 2025 года ежегодного производства стали до 55 млн тонн, меди — до 800 тыс. тонн, алюминия — до 1,5 млн тонн, цинка — до 300 тыс. тонн и золота — до 5 тонн.

Эксперты считают, что имеющихся в стране запасов минеральных ресурсов не достаточно для реализации столь масштабных целей. Однако чиновники профильного министерства рассчитывают, что цифры доказанных запасов еще не окончательны и могут существенно возрасти по результатам дальнейшей разведки полезных ископаемых.

С декабря 2013 года крупнейшая в Иране горнодобывающая и металлургическая корпорация IMIDRO проводит геологоразведочные работы на площади более 200 тыс. квадратных километров в провинциях Систан и Белуджистан, Южный Хорасан, Керман, Йезд, Исфахан, Курдистан, Зенджан и Западный Азербайджан. Результатом этих изысканий стало открытие двух крупных месторождений угля и одного месторождения железной руды. Так, в начале 2015 года было открыто месторождение железной руды с запасами более 200 млн тонн и угольное месторождение Санган с запасами 120 млн тонн в восточной провинции Резави-Хорасан. По словам Карбасьяна, существенно увеличены объемы запасов железной руды за счет открытия в 2014 году высококачественного сырья в центральной части пустыни Лут.

Геологоразведчикам IMIDRO удалось обнаружить месторождение золота в районе Сиах Джангал в провинции Систан и Белуджистан, запасы которого оценивается в 4,5 тонны. А потенциальные запасы драгметалла во всем этом районе оцениваются в 10 тонн.

С началом реализации ядерной сделки и с отменой санкций ряд иностранных компаний проявили интерес к геологоразведочным работам в Исламской Республике. В настоящее время IMIDRO сотрудничает с немецкими и канадскими фирмами в реализации своих проектов по разведке полезных ископаемых в провинциях Систан, Белуджистан и Южный Хорасан в поисках новых запасов хромитов.

Только в Западном Азербайджане корпорации IMIDRO, благодаря проектам в области геологоразведки, менее чем за три года удалось обнаружить 1,3 млрд тонн полезных ископаемых, включая золото, титан, барит, слюду, доломит и поделочные камни. А в провинции изучено лишь 8% площадей.

В Западном Азербайджане, в частности, расположено крупнейшее из шести иранских месторождений золота — рудник Заршуран, чьи только доказанные запасы драгоценного металла составляют 108 тонн, а оценочные могут достигать 150. На месторождении концентрация золота составляет 4,5 грамма на тонну.

Согласно опубликованному IMIDRO в апреле докладу, в ходе геологоразведочных работ в Йезде в прошлом иранском году (закончился 20 марта), выявлены зоны, содержащие залежи золота, меди, железной руды, свинца, цинка, молибдена, титана, ванадия и сурьмы. Подтвержденные запасы провинции включают 61,5 млн тонн железной руды, 9,5 млн тонн ванадия и 68,8 тыс. тонн титана.

Иранские горнодобывающие компании ищут партнеров, готовых вложить порядка $10 млрд в расширение мощностей по производству алюминия.

Выпуск этого металла в стране составляет 350 тыс. тонн в год, в то время как общий объем производственных мощностей составляет 470 тыс. тонн. Замминистра промышленности, шахт и торговли Ирана Мехди Карбасьян считает, что этот разрыв обусловлен нехваткой добываемых бокситов и электроэнергии. По его словам, при дополнительных вложениях в отрасль Иран сможет увеличить ежегодный выпуск алюминия до 1,5 млн тонн к 2025 году.

Программа по развитию энергетики

Иран поставил перед собой задачу: за десятилетие, которое истекает в 2026 году, увеличить свои мощности по выработке электроэнергии (кроме АЭС) до 47-50 тыс. МВт. Но уже в ближайшие пять лет Исламской Республике остро необходим потенциал по выработке 26,5 тыс. МВт, заявил министр энергетики страны Хамид Читчиан.

Читайте также
Иран планирует построить еще два реактора большой мощности при участии России

В нынешнем иранском году (начался 20 марта) будут введены в эксплуатацию 14 плотин, 55 тысяч га сельскохозяйственных угодий будут обеспечены оросительной и дренажной сетью, по крайней мере 80% из которых будут осуществляться частным сектором. «Все операции в сфере водных ресурсов и энергетики, в том числе производство оборудования, консультации и инвестиции, осуществляются компаниями частного сектора», — констатировал министр. И иностранные партнеры теперь должны будут сотрудничать с иранскими частными фирмами по вопросам инвестиций и передаче технологий.

В соответствии с программой развития отрасли, доля электроэнергии, вырабатываемой альтернативными источниками, будет неуклонно повышаться на 7-8% в год и к 2025 году достигнет 38%. Причем 30 тыс. МВт могут производиться за счет энергии ветра, а 10 тыс. — за счет солнечной энергии.

Что касается атомной энергетики, то, по данным Организации по атомной энергетике Ирана, к 2025 году в стране необходимо построить 9 новых АЭС, с тем чтобы довести генерирующую мощность всех иранских электростанций по меньшей мере до 100 тыс. МВт. К этому моменту примерно от 8 до 12% общего объема электроэнергии в Исламской Республике должны вырабатываться за счет атомных электростанций. На их строительство Иран намерен привлекать как внутренние капиталовложения частного сектора, так и иностранные инвестиции.

Уже в постсанкционный период Ирану поступил ряд предложений на строительство АЭС на различных условиях финансирования и кредитования.

Плюсы и минусы туризма

Туристическая отрасль Ирана оценивается как весьма перспективная. В стране возводятся новые гостиницы, развивается курортный туризм на побережье Каспия и Персидского залива, а также горнолыжные курорты. Но для российских туристов пока более привлекательными остаются познавательные поездки. Это объясняется некоторой спецификой иранского общества, живущего по законам шариата, и связанными с этим ограничениями. Далеко не все российские граждане готовы мириться со строгим «сухим законом», с необходимостью отдыхать на отдельных пляжах мужчинам и женщинам, с требованиями соблюдать строгий исламский дресс-код даже в жаркое время.

Читайте также
Ростуризм: Иран — безопасная для туристов страна

На познавательные туры, как правило, отводится меньше времени. А для тех, кто хочет познакомиться с грандиозными памятниками и достопримечательностями Ирана и получить незабываемые впечатления, не слишком обременительны платок на голове, отсутствие горячительных напитков и холодного пива.

Кроме того, стоит учитывать, что Иран в настоящее время — одна из самых безопасных стран в регионе, а иранцы — народ очень дружелюбный, в массе своей к российским гражданам относятся с теплотой и к нашей стране проявляют неподдельный интерес.

В 2015 году Иран посетили 50 тыс. российских граждан, в то время как страна рассчитывает привлекать ежегодно от 1 до 2 млн туристов из России.

Природная любознательность, привлекательные коммерческие условия пребывания иностранцев в России, связанные с падением курса рубля, облегчение визового режима для Ирана привели к увеличению туристического потока иранцев в такие города, как Москва и Санкт-Петербург. А с ростом доходов населения в Исламской Республике можно прогнозировать и дальнейшее развитие российского туристического направления для иранцев.

Иранский интернет пока отстает от современного уровня

Иранские и международные эксперты рассматривают информационную и телекоммуникационную отрасль страны как весьма перспективную. В настоящее время в стране с 80-миллионным населением насчитывается более 38 млн интернет-пользователей.

Специалисты в Исламской Республике рассчитывают сделать доступным мобильный скоростной интернет 5G (пятого поколения) к 2025 году по всей стране.

Работающий на невысоких скоростях, с постоянно прерывающимся соединением иранский интернет пока отстает от современного уровня лет на 7-8. Но это скорее следствие западных санкций, действовавших в отношении Ирана. В планах иранского министерства информационно-коммуникационных технологий не только закупка за рубежом самих технологий и необходимого оборудования для новых интернет-сетей, но и собственные разработки и создание электроники под них, которую можно производить на местных предприятиях, причем с привлечением возможностей частного сектора.

Российские предприниматели уже примериваются к иранскому информационно-коммуникационному рынку. Так, Инвестиционный фонд Winter Capital Partners (WCP), основным акционером которого является «Интеррос» Владимира Потанина, в марте стал совладельцем нескольких иранских интернет-компаний, в том числе крупнейшего в Иране интернет-ритейлера Digikala. На эту структуру, получившую название «иранский Amazon», приходится 91% местного рынка.

Развитие фармацевтики

За годы санкций и запретов на поставки лекарственных препаратов Иран смог разработать и наладить их производство у себя, обеспечивая собственное население многими медикаментами, в том числе на основе растительных компонентов. Те, кто вводил санкции, добились обратного результата. В Исламской Республике развивались не только предприятия, но и сама фармакология. Резкий рост фармацевтического рынка в Иране наблюдается с 2014 года. Его ежегодный оборот достигает $1,2 млрд. В отрасли работают 65 специализированных компаний.

С 2016 года реализуются совместные российско-иранские проекты по обмену технологиями в этой области. Некоторые отечественные препараты будут производиться в Иране и, напротив, иранские — в России.

В настоящее время Иран экспортирует технологии производства многих биологических препаратов в такие страны, как Малайзия и Турция, а сами медикаменты поставляет в Россию, Ирак, Армению и Казахстан. Их производство внутри страны предотвратило ежегодный отток в $700 млн.

Фисташки и шафран на благо экономики

В завершившемся 20 марта иранском году в стране было произведено 112 млн тонн сельскохозяйственной продукции. Рост за год составил 3,2%, а по сравнению с годом, закончившимся 20 марта 2014-го, — 15,4%, такие данные приводит Статистический центр Ирана. Именно агропроизводство обеспечило положительный рост экономики страны в целом, в то время как промышленное производство и сфера услуг продемонстрировали отрицательные показатели.

По прогнозам на урожай, в нынешнем году Иран соберет 8 млн тонн пшеницы, полностью обеспечив собственные нужды. По этому зерну рост производства за два года составил 67%, во многом благодаря благоприятным погодным условиям и расширению системы мелиорации.

За годы санкций Иран сумел наладить достаточно эффективное сельскохозяйственное производство. По многим видам продуктов страна полностью обеспечивает собственные нужды, в том числе по баранине, курятине, яйцам, молоку, сливочному и растительному маслу, широкому списку овощей и фруктов.

В иранском году, который закончился 20 марта 2015 года, внешнеторговый оборот сельскохозяйственной продукции составил $18,6 млрд, приводит данные министерство сельского хозяйства Исламской Республики.

Крупнейшими покупателями продукции иранского агросектора являются Ирак, ОАЭ, Турция, Афганистан, Пакистан и Туркменистан.

В номенклатуре экспортных товаров преобладают такие, как фисташки, арбузы, яблоки, помидоры, картофель, шафран и финики. Причем фисташки — наиболее доходная часть экспорта. Иран поставил эти орехи в 45 стран на общую сумму $1,5 млрд, лидируя в мире по этому показателю.

ИРИ является крупнейшим производителем и экспортером шафрана, на него приходится 96% мирового рынка. Его ежегодный экспорт составляет примерно $300 млн. Более трети объемов «царской» специи продается реэкспортом через ОАЭ.

Иран и Россия готовятся к расширению торговли сельскохозяйственной продукцией с началом работы «зеленого коридора» на российских таможенно-пропускных пунктах, призванного упростить и ускорить процедуры оформления поставок.

Что производит иран на мировой рынок

Иран обладает вторым по размеру ВВП в Западной Азии и исламском мире после Турции и является одним из наиболее технологически развитых государств региона. Иран располагается в стратегически важном регионе Евразии и располагает крупными запасами нефти и природного газа.

Официальный язык: Персидский
Столица Тегеран
Крупнейшие города Тегеран, Мешхед, Кередж, Тебриз, Шираз, Исфаган, Ахваз
Форма правления Исламская республика
Высший руководитель Али Хаменеи
Президент Хасан Рухани
Первый вице-президент Эсхаг Джахангири
Государственная религия ислам шиитского толка
Территория 17-я в мире
Всего 1 648 000 км²
0,7 % водной поверхн.
Население Оценка (2019) — ▲83 183 741 чел. (17-е)
Плотность — 48 чел./км²
ВВП Итого (2020) — 1007 млрд[2] долл. (18-й)
На душу населения — 11,963 долл.
ИРЧП (2013 г.) ▲0,783 (высокий) (70-й)
Официальное название граждан Ирана иранец, иранка, иранцы
Интернет-домены .ir
Код ISO IR
Код МОК IRI
Телефонный код +98
Часовые пояса +3:30 (летом – UTC +4:30), IRST
Валюта Иранский риал (IRR, код 364)
Фискальный год 21 марта – 20 марта
Членство в международных организациях ОЭС, ОПЕК, ВТО (наблюдатель), МВФ, Всемирный Банк, МФСР, ВОЗ, ЮНЕСКО, ЮНИДО, МАГАТЭ, ВМО, ИМО, МОТ, ИКАО, МСЭ, ВПС, ВОИС
Экономически активное население 27,36 млн человек (2019)
Занятое население по секторам сельское хозяйство: 18,5%
промышленность: 33,4%
сфера услуг: 48,1% (2020)
Уровень безработицы 11,18 % (2020)
Основные отрасли нефтяная промышленность, газовая промышленность, нефтехимическая промышленность, химическая промышленность, чёрная металлургия, цветная металлургия, строительство, промышленность строительных материалов (цемент и др.), машиностроение, телекоммуникационная отрасль, электронная промышленность, фармацевтическая промышленность, текстильная промышленность, пищевая промышленность, оборонное производство
Экспорт
в том числе:
$34,9 млрд (2020)
Китай 54,36 %, Турция 10,13%, Россия 6,77%, Пакистан 3,16%, Армения 2,67%, Германия 2,67%, Азербайджан 2,55%, Индия 2,52%, Катар 1,25%, Италия 1,04%, Бразилия 0,99%, Казахстан 0,92%, Узбекистан 0,91% и др. (2020)
Импорт
в том числе:
$38,8 млрд (2020)
Китай 38,34%, Турция 10,15%, Индия 10,11%, Германия 7,95%, Россия 6,41%, Бразилия 5,21%, Италия 2,89%, Нидерланды 1,79%, Малайзия 1,44%, Канада 1,39% и др. (2020)
Государственный долг 45,4 % ВВП (2020)
Внешний долг $9,1 млрд (2020)

Дата последнего изменения: 21.07.2021

Мы в социальных сервисах

© 2024 Торгово-промышленная палата
Российской Федерации
При использовании материалов сайта ссылка обязательна

Иран: жизнь под санкциями

Как Иран, страна с 85-миллионным населением и третья в мире по величине запасов нефти, живет под экономическими санкциями 40 лет, в том числе последние три года – фактически в изоляции.

4 марта 2022 | Ирина Рябова Эконс , Ольга Кувшинова Эконс , Денис Касянчук Эконс

Как Иран, страна с 85-миллионным населением и третья в мире по величине запасов нефти, живет под экономическими санкциями 40 лет, в том числе последние три года – фактически в изоляции.

4 марта 2022 | Ирина Рябова Эконс , Ольга Кувшинова Эконс , Денис Касянчук Эконс

Иран – страна, живущая в условиях международных санкций уже пятый десяток лет, с некоторыми небольшими перерывами. Страна, по данным ОПЕК , обладает третьими по величине доказанными запасами нефти (после Венесуэлы и Саудовской Аравии), составляющими 13,4% мировых, однако импорт нефти из Ирана заблокирован, как и инвестиции в его экономику и любые бизнес-связи с ней, включая финансовые. Рухнувшая экономика стагнирует, международные переводы осуществляются способом, изобретенным 12 веков назад, находящийся под санкциями центробанк занимается развитием финтеха, а население для защиты сбережений пользуется национальным фондовым рынком.

Эскалация санкций

В 1979 г. в Иране произошла исламская революция, в результате которой светская страна стала Исламской Республикой Иран, а организация ее государственной власти – клерикальной. При сохранении светских органов власти (президент, парламент, правительство) высшая власть в стране пожизненно принадлежит имаму, контролирующему, согласно конституции страны , законодательную, исполнительную и судебную власть. Последовавшая «культурная революция» затронула СМИ, школы, университеты, театры и была призвана избавить страну от «развращающего западного и атеистического влияния».

Первые санкции в отношении Ирана были введены США в 1979 г. после того, как радикальные сторонники новой власти захватили американское посольство, взяв в заложники 52 человека. Все иранские активы в американских банках, включая золото, были заморожены, бизнес-контакты граждан и предприятий США с Ираном запрещены, введено эмбарго на импорт из Ирана, включая закупки нефти, и на поставки в страну любых товаров, кроме медицинских и продовольственных. В 1981 г., после освобождения иранцами американских заложников, активы Ирана были частично возвращены , а торговое эмбарго отменено . Однако уже в январе 1983 г., после взрыва поддерживаемыми Ираном боевиками посольства США и казарм морской пехоты в Ливане, США объявили Иран государством – спонсором терроризма: это лишило Иран возможности получать международную финансовую помощь. В 1987 г. был возобновлен запрет на экспорт в Иран и импорт из Ирана, включая нефть.

В 2003 г. представители Международного агентства по атомной энергии нашли в Иране признаки работы по обогащению урана, и вскоре санкции в отношении страны ввели также ООН и ЕС. ООН в 2006 г. запретила импорт в Иран и экспорт из страны ядерных материалов и соответствующего оборудования, в период между 2007 и 2010 гг. – ввела запрет на оружейный экспорт Ирана, призвала усилить контроль за некоторыми национальными банками и запретила инвестировать в заводы по обогащению ядерного топлива, урановые рудники и прочие технологии, связанные с ядерным оружием. Евросоюз в 2010 г. ввел запрет на поставки оборудования для нефтегазовой и нефтеперерабатывающей отрасли, продажи любых технологий, которые можно использовать для создания оружия, открытие счетов на территории ЕС для иранских банков и граждан, запрет на инвестиции в Иран, на новые кредиты иранскому правительству.

В конце 2011 г. США ввели санкции против центрального банка Ирана, а в 2012 г. иранские банки отключили от SWIFT. В 2012 г. ЕС присоединился к нефтяному эмбарго США в отношении Ирана и также заморозил активы иранского центрального банка на территории союза.

В 2015 г. Тегеран заключил с США, Россией, Китаем, Великобританией, Францией и Германией «ядерную сделку» ( Совместный всеобъемлющий план действий , СВПД), которая ограничивала иранскую ядерную программу в обмен на полную отмену всех санкций после подтверждения, что Иран соблюдает свою часть договоренностей. В январе 2016 г. США и Европа отменили все санкции в отношении Ирана и разморозили $100 млрд его активов, заблокированных в том числе в банках Японии и Южной Кореи, – этот объем сопоставим с примерно четвертью ВВП Ирана 2015 г.

Однако в 2018 г. США обвинили Тегеран в несоблюдении условий СВПД, в одностороннем порядке вышли из сделки и восстановили жесточайшие санкции против Ирана: под запретом оказались в том числе продажа и передача наличных долларов Ирану, торговля с ним золотом и драгметаллами, сделки в иранских риалах, операции с госдолгом и центральным банком, экспорт из Ирана энергоресурсов и продукции других ключевых для страны секторов – от автомобилестроения (после нефте- и газодобычи это третья по значимости отрасль в стране) до производства ковров.

Переговоры о возобновлении СВПД ведутся с 2021 г., но пока не увенчались успехом ; санкции в отношении Ирана продолжают действовать.

Экономика изоляции

Несмотря на периоды снятия санкций и «экономику сопротивления» – национальные меры по развитию внутреннего производства и ненефтяной торговли с соседними странами, – санкции имели существенные экономические последствия для страны.

За 1980–1981 гг., после первого раунда санкций, спад экономики Ирана, по данным МВФ , составил более 25%, среднегодовая потребительская инфляция превысила 20% – и с тех пор темпы ее роста практически никогда не опускались ниже двузначных цифр. Исключение – период отмены санкций 2016–2017 гг., когда изолированная экономика Ирана стала возвращаться к интеграции с глобальными рынками. В предпоследний период международной изоляции, 2011–2015 гг., три года из пяти лет иранская экономика провела в рецессии, среднегодовая инфляция за этот период составила 23%. В 2016 г., после отмены санкций в связи с ядерной сделкой, экономика выросла на 13,4% и еще на 3,8% в 2017 г., темпы инфляции в эти два года снизились до 9% и 9,6% соответственно.

После возобновления санкций в 2018 г. иранская экономика вошла в рецессию, которая продолжалась два года; последовавший в 2020–2021 гг. некоторый восстановительный рост не компенсировал этого падения – реальный ВВП остался на том же уровне, что и десять лет назад, указывает Всемирный банк. Инфляция в эти годы достигала почти 50%, а среднегодовая за 2018–2021 гг. составила 35% в год.

За этот период Иран, согласно данным платежного баланса центробанка страны (.pdf; календарный год считается по солнечному календарю, летоисчисление ведется с 622 г.), потерял две трети нефтяных доходов – поступления от экспорта нефти сократились с $63 млрд в 2017 г. до $21 млрд в 2021 г., импорт упал более чем на 40%. Оценки ОПЕК показывают еще более катастрофическую картину: доходы от нефтеэкспорта сократились более чем на 80% в сравнении с 2017 г., до $7,6 млрд в 2020 г., а импорт упал на 65%.

Цифры могут отличаться из-за множественности валютных курсов, установленных в Иране с 2018 г. (об этом ниже), – в том числе наличия официального и рыночного курса. Например, в оценке долларового ВВП Ирана расходятся даже международные организации: МВФ считает по официальному зафиксированному обменному курсу центробанка Ирана, а Всемирный банк – по рыночному, который примерно вчетверо выше официального. Поэтому исходя из оценок МВФ – экономика Ирана в долларовом выражении за 2018–2020 гг. почти удвоилась , а исходя из оценок Всемирного банка – сократилась более чем вдвое , что очевидно при 75%-ном обесценении национальной валюты Ирана к доллару за этот период.

ВВП на душу населения в Иране в 2020 г., по данным Всемирного банка, был на уровне 1990 г. , составив чуть более $2400, – по классификации Всемирного банка это соответствует группе стран с уровнем дохода ниже среднего. Однако по ВВП на душу населения по паритету покупательной способности, то есть с учетом уровня цен внутри страны, Иран относится к группе стран со средним доходом: в 2020 г. этот показатель составлял $13300 , снизившись на треть с пиковых $18000 в 2011 г. Для сравнения: в России в 2020 г. ВВП на душу населения составлял $10100 в текущих долларах и $29800 – по паритету покупательной способности.

«Разорвана в клочья»

Из-за революции и последующих санкций в Иране значительно сократились объемы добычи и экспорта нефти – одного из основных источников бюджета (в 2018/19 финансовом году, до введения самых строгих санкций США, экспорт сырой нефти и природного газа из Ирана составлял около 18% ВВП и около четверти государственных доходов). Перед исламской революцией 1978–1979 гг. добыча нефти в Иране превышала 6 млн баррелей в сутки, к 2015 г. составляла менее 3 млн баррелей. Снятие санкций в 2016 г. способствовало восстановлению добычи нефти примерно до 4 млн баррелей в сутки, но после возобновления ограничительных мер к 2020 г. она упала до 1,9 млн баррелей, то есть до минимума почти за 40 лет . Физические объемы экспорта иранской нефти в 2020 г. были в 4,5 раза ниже в сравнении с 2017-м, когда санкции отменялись.

Возобновление в 2018 г. санкций, фактически изолировавших экономику Ирана, обрушило его национальную валюту. Рыночный обменный курс доллара к иранскому риалу за полгода вырос более чем втрое , а к 2020 г. – вчетверо к уровню 2017 г., с 40000 риалов за доллар до 160000. Инфляция с 8,3% в конце 2017 г. подскочила к концу 2018-го до 48,8%.

В стране действуют три курса обмена валют: официальный курс, курс для экспортеров и импортеров и рыночный курс. Официальный курс остался на уровне 42000 риалов за доллар – он используется для субсидирования закупок товаров первой необходимости, таких как продукты питания и лекарства. Еще один курс, NIMA, действует для экспортеров и импортеров, обменивающих валюту под надзором центрального банка: NIMA – это запущенная центральным банком Ирана онлайн-система валютного обмена. Большую часть 2018 г. доллар на NIMA обменивался в 2–2,5 раза дороже, чем по официальному курсу, но в 1,5–2 раза дешевле, чем по рыночному, затем курс NIMA сравнялся с рыночным.

Изначально, в апреле 2018 г., официальный обменный курс был объединен с рыночным в попытке сдержать обвал национальной валюты, а обмен по рыночному курсу был приравнен к контрабанде, однако искусственно поддерживать единый курс не получилось, и правительство Ирана было вынуждено отказаться от этой идеи.

В 2002 г. обменный курс составлял 1400 риалов за доллар, в конце 2021 г. рыночный курс достигал рекордных 300000 риалов за доллар.

Из-за девальвации и инфляции правительство Ирана в 2020 г. приняло решение провести деноминацию, заменив риал на томан – новую национальную валюту: 1 томан равен 10000 риалам. Обмен будет происходить в течение двух лет.

Гуманитарный кризис

Иранское министерство труда ежегодно устанавливает размер минимальной зарплаты, которая определяет базовый доход половины населения – более 42 млн человек в стране с населением 85 млн (по данным ООН на 2020 г.): работников, а также пенсионеров и других лиц, зарегистрированных в Государственной организации социального обеспечения Ирана и получающих страховые выплаты и пенсии. Минимальная зарплата растет гораздо медленнее , чем инфляция, особенно на фоне обесценивания риала. В январе сообщалось , что на 2022 финансовый год (начинается 21 марта) правительство планирует установить минимальную месячную зарплату в размере, эквивалентном порядка $200 по текущему рыночному курсу, в то время как стоимость потребительской корзины предметов первой необходимости для семьи из трех человек – вдвое дороже.

При этом около 10 млн работающих, или порядка 40% всей рабочей силы , заняты в неформальном секторе, зарабатывая примерно $40 в месяц (по текущему рыночному курсу), приводит Center for Human Rights in Iran данные иранской Ассоциации исламских трудовых советов.

Демография Ирана

Иран – страна с молодым и растущим населением: по данным ООН, коэффициент рождаемости здесь превышает 2, люди в возрасте до 25 лет составляют 38% всего 85-миллионного населения (в том числе дети до 14 лет – четверть), пенсионеры – 12,5% (для женщин пенсионный возраст в стране начинается с 55 лет, для мужчин – с 60 лет). Каждый шестой брак в стране заключается детьми в возрасте до 18 лет. Высшее профессиональное образование есть почти у 60% жителей страны, следует из данных ЮНЕСКО на 2020 г., – против 50% в 2011 г. и 73% в 2015 г., после которого доля имеющих высшее образование стала снижаться. Уровень грамотности среди 15–24-летних составляет 98,1%, однако среди людей 65 лет и старше составляет менее 37% (для сравнения: в России доля имеющих высшее образование превышает 86% , а уровень грамотности среди всех возрастных групп составляет 99,6–99,7%). Население Ирана относительно урбанизировано – в сельской местности проживают порядка четверти всех граждан (как и в России). Ожидаемая продолжительность жизни на 2020 г. составляет 77 лет (в России – 72 ).

Возобновление санкций в 2018 г. привело к резкой нехватке медикаментов в исламской республике – от дефицита жизненно важных лекарств для пациентов с эпилепсией до ограниченности химиотерапии для иранцев, больных раком, пришли к выводу в Human Rights Watch. Хотя правительство США оговорило исключения для гуманитарного импорта, на практике американские и европейские компании и банки не испытывали желания экспортировать в Иран гуманитарные грузы и финансировать такие поставки из-за рисков попасть под санкции и судебные разбирательства.

Гуманитарный кризис в Иране оказался настолько серьезным, что европейские страны в 2019 г. даже создали специальный механизм (Instrument in Support of Trade Exchanges, INSTEX ), чтобы законно торговать с иранской стороной, не опасаясь попасть под санкции США. INSTEX функционирует как клиринговая палата, облегчающая обмен платежами между Европой и Ираном. Сотрудничая с иранским Special Trade and Finance Instrument (STFI), INSTEX урегулирует взаимные претензии и обязательства путем погашения долгов в рамках финансовой системы «замкнутого цикла», которая сводит к минимуму трансграничные платежи между Европой и Ираном. В рамках INSTEX можно продавать Ирану продукты питания, сельскохозяйственное и медицинское оборудование, лекарства, а также предметы, необходимые для производства, создания, упаковки, транспортировки, хранения и доставки гуманитарных грузов. Однако этот механизм оставался неиспользованным целый год после запуска, и только во время пандемии, в марте 2020 г., состоялась первая сделка – по поставке в Иран медицинских товаров.

Конвертация нефти в биткоин

Ирану пришлось искать способы обойти санкции, чтобы продолжать вести торговлю и осуществлять платежи. Криптовалюта стала частью национальной финансовой системы, хотя сначала центробанк страны пытался ее запретить из-за опасений по поводу оттока капитала , но уже спустя три месяца после запрета, в июле 2018 г., криптовалюта была легализована для пополнения доходов бюджета: по оценкам аналитического центра при президенте Ирана, майнинг может приносить стране $700 млн прямых доходов в год, а также создать рабочие места и помочь обходить санкции.

Криптомайнерам в Иране необходимо получить лицензию, им предоставляется скидка на электроэнергию, но все намайненные биткоины они должны сдавать центральному банку Ирана. Тысячи обнаруженных нелицензированных криптоферм были ликвидированы, в том числе в мечетях , где они имели возможность пользоваться бесплатной энергией. Однако из-за майнинга Иран периодически сталкивается с блэкаутами, и правительство периодически вводит временные запреты на майнинг. По оценкам компании Elliptic, занимающейся анализом индустрии криптофинансов и блокчейна, в начале 2020 г. на Иран приходилось порядка 4,5% мирового майнинга биткоина, что эквивалентно примерно $1 млрд по курсу на тот период.

Для производства электричества необходима нефть, а майнеры получают зарплату в биткоинах и могут тратить их на импортные товары: таким образом, иранское государство эффективно продает свои энергетические запасы на мировых рынках, используя процесс майнинга для обхода торговых эмбарго, заключала Elliptic.

За десятилетия санкций Иран отточил искусство контрабанды . Например, для доставки своей нефти покупателям в обход санкций Иран разработал несколько способов : хранение нефти в крупных танкерах, находящихся в море, и тайное перекачивание на легальные суда покупателей; изменение названий и идентификационных кодов судов и танкеров, чтобы скрыть, что они принадлежат Ирану; отключение системы автоматической идентификации судов, чтобы сделать их «невидимыми».

Хавала, финтех и фондовый рынок

В условиях международной финансовой блокады в Иране резко выросла популярность неформальной системы денежных переводов, полностью основанной на доверии и личных связях, – хавалы . Она появилась более тысячи лет назад и устроена следующим образом. Например, если торговцу на тегеранском базаре нужно оплатить товар из Китая, он идет к знакомому брокеру и передает ему деньги за товар. Брокер звонит своему коллеге в Пекин, и тот своими деньгами расплачивается с китайским поставщиком. Если нужно из Пекина отправить деньги в Иран, процесс хавалы проходит в обратном порядке. Со временем расчеты брокеров в Пекине и Тегеране балансируются. При этом трансграничных переводов и, следовательно, нарушения санкций не происходит. Кроме того, во многих случаях комиссия при таких переводах или отсутствует, или гораздо ниже официальной.

В 2017 г. в Иране появилась финтех-ассоциация после того, как эту идею предложил центральный банк страны. Тогда среди ее членов было шесть компаний. В 2019 г. в стране работало уже несколько десятков финтех-компаний, говорили местные чиновники. Сейчас, по данным исследовательской компании Tracxn, в Иране работает больше сотни финтех-стартапов, а разработанные ими мобильные приложения позволяют жителям страны и бизнесу получать денежные переводы, покупать страховки, собирать пожертвования. В 2021 г. центробанк Ирана разработал систему бесконтактных мобильных платежей. В стране также появились собственный «Aliexpress» – маркетплейс DigiKala , собственные «Google Play» и «Facebook».

Вопреки обвалу нефтедоходов, риала и экономики, общий индекс Тегеранской фондовой биржи TEDPIX, на которой торгуются иранские компании, повысился за последние два года примерно на 2300% – хотя обычно фондовые рынки в такой ситуации рушатся. Феномен фондового рынка Ирана обусловлен, с одной стороны, поощрением властями частных инвесторов вкладывать средства в национальные ценные бумаги, с другой – стремлением самих частных инвесторов защитить свои накопления от обесценивания с помощью вложений в акции национальных компаний, в отсутствие других способов такой защиты. В 2019–2020 гг. на иранской бирже наблюдался настоящий бум IPO, в том числе прошло крупнейшее в истории площадки размещение – дочерняя компания государственной организации социального обеспечения (Social Security Organization) разместила примерно 10% своих акций и привлекла около 70 трлн риалов (около $450 млн).

К сентябрю 2020 г. количество частных инвесторов в Иране увеличилось примерно до 50 млн человек, то есть до 70% населения, тогда как в 2010 г. на Тегеранской фондовой бирже были зарегистрированы только 3,2 млн инвесторов. Однако природа роста фондового рынка, как и полагали аналитики, была больше спекулятивная и свидетельствовала о возникновении пузыря , который лопнул к началу 2021 г., когда индекс TEDPIX упал почти в два раза. В результате 77% инвесторов столкнулись с потерями, показал опрос в середине 2021 г. Однако несмотря на масштабный обвал, индекс TEDPIX остался выше своих средних значений 2016–2018 гг., то есть выше, чем до начала периода бума.

Хотя за последние четыре десятилетия Иран накопил большой опыт жизни в условиях изоляции, сейчас ситуация меняется, считает Джавад Салехи-Исфахани, профессор экономики Политехнического университета Виргинии, специализирующийся на иранской экономике. Раньше иранцы были готовы мириться с трудностями, вызванными санкциями США, а сейчас они протестуют на улицах. Демонстрации больше не организуются образованным средним классом, требовавшим социальных и политических свобод, недавние протесты были в основном вызваны экономическими и климатическими проблемами, отмечает FT. Например, в ноябре 2021 г. водный кризис вызвал массовые протесты в Исфахане, в 340 км к югу от Тегерана, а в конце 2019 г. во многих иранских городах прошли массовые протесты из-за повышения цен на бензин.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *